Турист Сергей Первухин (pervuhinsergey1961)
Сергей Первухин — был 2 февраля 15:00
Болею....
Признание
пользователей
Фотоальбом

Сахалин: утренняя прогулка Ёшио Кайзука. Дымка

67 59

Сахалин: утренняя прогулка Ёшио Кайзука. 3

Часть 3. Дымка

Печальный мир!
Даже когда расцветают вишни…
Даже тогда…

Кобаяси Исса, 1813

Ёшио, как натура эстетическая и глубоко одухотворенная любил ханами. На Карафуто ханами приходило позже, чем на Хонсю и Хоккайдо. Если зима на самом северном острове затянулась, то в конце гогацу (мая). Истощенные зимой морально и физически организмы подданных страны Восходящего солнца с трудом перемещались на территорию общественного парка Тойохара, под немногочисленные деревья сакуры, где и придавались размышлениям о бренности бытия. Мечтал Ёшио о красивом саде из сакуры и умэ вокруг музея, но мечта осталась мечтой — он так и не увидел их цветения при жизни на Карафуто.

Мечта осуществилась позже, после земной жизни, когда Ёшио обрел способность перемещаться в любую точку мира не обремененный физическим телом. Думалось Ёшио, что это и есть моно, но аварэ — печальное очарование вещей, способствующее состоянию рэйкан у поэтов и художников. И нравилось ему зависнуть белой, почти не видимой дымкой меж цветами сакуры и умэ, ощущая аромат цветов и падение лепестков сквозь дымку души. На фоне здания музея подобно снегопаду падение лепестков, вызывало у Ёшио прилив грустной красоты. В состоянии полудремы вспоминался Басё:

Под сенью вишневых цветов

Я, словно старинной драмы герой,

Ночью прилег уснуть.

Несколько раздражали и мешали думать бесконечные селфи, бесконечных особей женского пола прыгающие под самой большой сакурой. Зато по понедельникам, а в будний день после семи вечера закрывались ворота, наступал период спокойствия и умиротворенности, особи исчезали.
Несколько раздражали и мешали думать бесконечные селфи, бесконечных особей женского пола прыгающие под самой большой сакурой. Зато по понедельникам, а в будний день после семи вечера закрывались ворота, наступал период спокойствия и умиротворенности, особи исчезали.
Были еще огромные деревья по бокам от входа, почти на высоты башенки тэнсю. Их сруби-ли, чтобы не загораживали его творение, в 2005 году. Ёшио тогда возненавидел сделавших это. Для японца сломанная ветка сакуры хуже убийства родственника. 
Конечно, деревья закрывали его идею, но что-ж с этого?
Были еще огромные деревья по бокам от входа, почти на высоты башенки тэнсю. Их сруби-ли, чтобы не загораживали его творение, в 2005 году. Ёшио тогда возненавидел сделавших это. Для японца сломанная ветка сакуры хуже убийства родственника. Конечно, деревья закрывали его идею, но что-ж с этого?
Музей олицетворял с одной стороны западное, прогрессивное с другой восточное, традиционное, японское. Ёшио вспомнил тогда о том, как долго и мучительно искал решение, а потом несколькими мазками обозначил контуры пусть и не высокой, но угадываемой центральной наблюдательной башни самурайского замка – тэнсю, с двумя башенками из которых обычно стреляли лучники - ягура. Две чугунные решетки «панцирь черепахи» на шестиугольных пролетах дополняли сходство.
Музей олицетворял с одной стороны западное, прогрессивное с другой восточное, традиционное, японское. Ёшио вспомнил тогда о том, как долго и мучительно искал решение, а потом несколькими мазками обозначил контуры пусть и не высокой, но угадываемой центральной наблюдательной башни самурайского замка – тэнсю, с двумя башенками из которых обычно стреляли лучники - ягура. Две чугунные решетки «панцирь черепахи» на шестиугольных пролетах дополняли сходство.
Сакура закрывала балкон и находящийся ниже ряд окон со стилизованным орнаментом ландыша. И то и другое фальшивое. Балкон выполнял роль украшения - на него нет выхода изнутри.
Сакура закрывала балкон и находящийся ниже ряд окон со стилизованным орнаментом ландыша. И то и другое фальшивое. Балкон выполнял роль украшения - на него нет выхода изнутри.
Металлические накладки канагу – кадзари с цветами ландыша и множество других, черных и золотистых астрагалов, это лишь элементы которые должны скрывать гвозди сцепляющие конструкцию. В данном случае они являлись лишь напоминанием о традиции строительства деревянных храмов. Гвоздей и быть не должно, здание строилось из бетона. Балки хидзики торчащие из под крыши тоже ложные, они не выполняют никакой функции, кроме декоративной. На них уже не лежит крыша. Да и крыши нет, в том виде, как она смотрится снизу. Это ведь на самом деле парапет. А крыша плоская с световыми коробами, являющиеся дополнительным источником света для второго этажа.
Металлические накладки канагу – кадзари с цветами ландыша и множество других, черных и золотистых астрагалов, это лишь элементы которые должны скрывать гвозди сцепляющие конструкцию. В данном случае они являлись лишь напоминанием о традиции строительства деревянных храмов. Гвоздей и быть не должно, здание строилось из бетона. Балки хидзики торчащие из под крыши тоже ложные, они не выполняют никакой функции, кроме декоративной. На них уже не лежит крыша. Да и крыши нет, в том виде, как она смотрится снизу. Это ведь на самом деле парапет. А крыша плоская с световыми коробами, являющиеся дополнительным источником света для второго этажа.
А вот обереги они кавара и кёномаки настоящие. Ёшио тогда решил, что символическое изображение льва подойдет больше всего, а шесть цилиндрических волн на нем будет хорошей защитой как от пожара, так и от злых духов.
А вот обереги они кавара и кёномаки настоящие. Ёшио тогда решил, что символическое изображение льва подойдет больше всего, а шесть цилиндрических волн на нем будет хорошей защитой как от пожара, так и от злых духов.
А если семь они кавара усилить семью гегё и рокуё, под самым коньком крыши – то никакая чертовщина здесь не случится и не какой пожар не страшен.
А если семь они кавара усилить семью гегё и рокуё, под самым коньком крыши – то никакая чертовщина здесь не случится и не какой пожар не страшен.
Кстати, советские военные отдавшие музею парочку трофейных кому-ину с храма Гококу - дзиндзя, сами того не понимая усилили защиту музея от всяких напастей. Корейские псы-хранители выполняют свое предназначение лучше, чем среднеазиатские вахтеры и охранники. Храм павших героев был разрушен оставшись без охраны, а Дом офицеров, куда кома-ину переместили, а потом убрали (на Сталина смотрели и пасть открывали), сгорел. Так и стоит здание музея оберегаемое синтоистскими эгрегорами лучше, чем современной сигнализацией.
Кстати, советские военные отдавшие музею парочку трофейных кому-ину с храма Гококу - дзиндзя, сами того не понимая усилили защиту музея от всяких напастей. Корейские псы-хранители выполняют свое предназначение лучше, чем среднеазиатские вахтеры и охранники. Храм павших героев был разрушен оставшись без охраны, а Дом офицеров, куда кома-ину переместили, а потом убрали (на Сталина смотрели и пасть открывали), сгорел. Так и стоит здание музея оберегаемое синтоистскими эгрегорами лучше, чем современной сигнализацией.
Но жаль, скоротечен ханами на Сахалине. 
В этом году, как всегда первой, зацвела сакура у здания бывшего обанкротившегося банка у костела.
Но жаль, скоротечен ханами на Сахалине. В этом году, как всегда первой, зацвела сакура у здания бывшего обанкротившегося банка у костела.
Следом чуть помедлив сакура в музее.
Следом чуть помедлив сакура в музее.
Наливаясь розовым вспыхнули деревья на аллее сакуры в бывшем общественном, а ныне парке культуры и отдыха им. Юрия Гагарина. Вот собственно и все.
Наливаясь розовым вспыхнули деревья на аллее сакуры в бывшем общественном, а ныне парке культуры и отдыха им. Юрия Гагарина. Вот собственно и все.
Но в музее следом за этим зацвела слива, груша и яблоня.
Но в музее следом за этим зацвела слива, груша и яблоня.
И пусть эта слива и не китайская умэ, цветет она тоже очень красиво.
И пусть эта слива и не китайская умэ, цветет она тоже очень красиво.
Вишня ниппонская
Вишня ниппонская
В сочетании с форзицией, которую иногда называют китайской сакурой белый цвет сакуры ниппонской и черемухи которая уже расцвела, сквер благоухает так, что перебивает городские запахи.
В сочетании с форзицией, которую иногда называют китайской сакурой белый цвет сакуры ниппонской и черемухи которая уже расцвела, сквер благоухает так, что перебивает городские запахи.
Желтый цвет соревнуется с белым и розовым,
Желтый цвет соревнуется с белым и розовым,
голубой с синим,
голубой с синим,
а оранжевый с красным.
а оранжевый с красным.
Лишь российский триколор над музеем напоминает о том, что это наш трофей. Тоже между прочим моно но аварэ. Ёшио вздохнул аромат сакуры, прочел Басё и медленно растаял в дымке вечернего Южно-Сахалинска: В путь! Покажу я тебе/Как в далёком Йосино вишни цветут/Старая шляпа моя....
Лишь российский триколор над музеем напоминает о том, что это наш трофей. Тоже между прочим моно но аварэ. Ёшио вздохнул аромат сакуры, прочел Басё и медленно растаял в дымке вечернего Южно-Сахалинска: В путь! Покажу я тебе/Как в далёком Йосино вишни цветут/Старая шляпа моя....
Комментарии к альбому